Что произошло
Вечером 23 июня в сети появилось видеообращение бойца 11‑го танкового полка Сергейя Александрова из Ленинградской области. В нём он утверждает, что после тяжёлого ранения его и ещё нескольких военнослужащих, в том числе людей с ограниченной подвижностью и эпилепсией, вновь собираются отправить на штурм в Харьковской области.
«Нас щас всех собрали, всех калечей. Кто не может ходить, у кого эпилепсия. И нас тупо ведут на обнуление».
На видео, кроме Александрова, видно как минимум ещё троих военнослужащих. По словам матери, некоторые бойцы были скованы наручниками и не понимали, в чём их обвиняют.
Обращение матери
Мать военнослужащего, Елена Родичева, записала отдельное обращение с просьбой спасти сына и рассказывает о его состоянии и обстоятельствах возвращения в часть.
«Я просто уже не знаю, что делать. Я очень прошу, спасите моего сына. Я помру без него. Спасите его, пожалуйста. Я одна. Он у меня один».
По словам матери, сын попал на фронт из СИЗО в конце 2025 года и выполнял задачи штурмовика. 18 мая он получил тяжёлое ранение ног и был доставлен в военно‑полевой госпиталь в Белгороде.
Военно‑врачебная комиссия присвоила Александрову категорию годности «Г» и выдала 30 суток отпуска по болезни. Вместо обещанного отпуска мать утверждает, что его вернули в часть и снова отправили на боевое задание. Она связывает это с тем, что сын подписал контракт в статусе подозреваемого.
Последний контакт с сыном мать зафиксировала вечером 23 июня из района села Муром Шебекинского округа; на следующий день он перестал выходить на связь. По её словам, связаться с командованием части не удалось — после второго ранения сын «сам не знал, кто его командир».
Контекст и риски
Случай иллюстрирует претензии семьи к процедурам возвращения раненых в подразделения и вопросы об обеспечении медкомиссиями и учёте состояния бойцов перед отправкой на боевые задачи.
