Ранее единственным основанием для внесения в реестр считалось наличие зарубежного финансирования.
По словам заместителя министра юстиции, в 2025 году лишь 4% лиц и организаций, включённых в реестр «иностранных агентов», действительно получали деньги из‑за рубежа.
Остальные 96% получили этот статус якобы из‑за «иных форм влияния» иностранных государств — это около 206 из 215 признанных «иноагентами» в 2025 году, по подсчётам правозащитных организаций.
Замминистра также отметил, что доля тех, кого признают «иноагентами» из‑за зарубежного финансирования, с каждым годом сокращается, тогда как общее количество новых записей в реестре увеличивается: в 2025 году Минюст включил в него примерно на треть больше человек и организаций, чем в 2024‑м.
С 2022 года министерству дали право признавать людьми и организациями «иноагентами» тех, кто находится под «иностранным влиянием» — формулировка оказалась значительно шире, чем прежнее требование о наличии зарубежных денежных поступлений.
«Если бы единственным признаком осталось зарубежное финансирование, то в реестре было бы всего 4% иноагентов. Деньги там и не нужны — там уже другие формы (влияния)», — заявил заместитель министра юстиции.
- Присвоение статуса «иноагента» зачастую используется как инструмент дискриминации и политического преследования.
- Люди с этим статусом сталкиваются с серьёзными ограничениями в правах, а правоохранительные органы регулярно возбуждают уголовные (ст. 330.1 УК) и административные (ст. 19.34 КоАП) дела о неисполнении обязанностей «иноагента».
