Власти Белгорода уже восемь месяцев не могут восстановить квартиру, стену которой осенью прошлого года насквозь пробил беспилотник. Владельцам пришлось собственными силами запенить сквозное отверстие.
Беспилотник врезался в дом на Белгородском проспекте, 36, ночью 23 сентября 2025 года. От удара в одной из квартир насквозь пробило стену и повредило потолок; при этом власти тогда сообщали только о повреждениях фасада.
Утром следующего дня хозяйка квартиры подала заявления в полицию и прокуратуру, но, по её словам, ответа от полиции так и не поступило. Днём вместе с представителями управы дыру и повреждения потолка внесли в акт о повреждениях. Позже под слоем цементной пыли обнаружили и другие повреждения, однако их не зафиксировали.
Жду замерщиков из администрации. Проходит две недели — никого. Пишу в оперштаб, говорят: ждите ответа. Совершенно случайно узнаю, что дырка в фасаде не попала в акт, так как это общее имущество дома, а не только моё. Звоню в управу — говорят, что наша УК в курсе, но никто не спешит фиксировать повреждения.
Второй акт на внешние повреждения составили лишь спустя почти месяц, но восстановительные работы не начались. В октябре жильцы самостоятельно запенили отверстие, чтобы пережить зиму. Стеклопакет заменили только в первой половине ноября — после обращения хозяйки к мэру через соцсеть.
Чтобы ускорить процесс, мать хозяйки в декабре обратилась в администрацию президента, однако это не дало результата. За время согласования сметы сменились четыре подрядчика: трое из них так и не приступили к работам. Последний подрядчик в мае сообщил, что перед ремонтом нужна экспертиза повреждённой плиты и пообещал передать контакты хозяйки в строительный департамент, но с ней никто не связался.
Параллельно семья четыре месяца добивалась признания пострадавшими в Следственном комитете. Муж женщины получил баротравму и осколочные ранения спины и руки, однако областной минздрав отказал ему в выплате за ранение, а министерство соцзащиты — в частичной компенсации за повреждённое имущество, включая два телевизора, кровать и шкаф.
В начале апреля семья направила заявление в областную прокуратуру с просьбой проверить законность отказов ведомств, но ответа пока не получила.
